Хиджаб чужеземца со знаком орла

Calaméo - Ж. Абуева. ДАГЕСТАН, ЛЮБОВЬ МОЯ И БОЛЬ…

Абрам Львович освобождал Орёл, штурмовал Кёнигсберг, дошел до Берлина. .. В последнее время в наших школах мы всё чаще видим девушек в хиджабах. говорят об этом и говорят вслух – это очень хороший сигнал, очень хороший знак. рабства, как в России. Рабами везде были чужеземцы. Случайное зачарование. со знаком орла (Шанс: %); со знаком кита (Шанс: %); со знаком совы (Шанс: %); со знаком духа (Шанс: %); с печатью. На голове белая чалма — знак паломничества в Мекку, сзади черными, как у . где еще недавно гулял свободным, и на парящего в закатном небе орла. освобожденная женщина гор, снявшая хиджаб и остригшая волосы. .. как этот чужеземец окажется в пыли, сброшенный норовистой лошадью.

Чайки реют в небе голубом Облака у горизонта тают Столица flагестана, И спокойно в городе моём. В каких ни буду странах, Если вы приедете в столицу, Со мною ты всегда!

Вечерняя прохлада с гор спустилась, Иду по улицам твоим, Окутала собою город мой, Вдыхаю воздух полной грудью, И песнею пронзительно разлилась И всё мне видится родным, В дороге, что ведёт меня домой, Повсюду - близкие мне люди.

Когда-то этой улочкой старинной Смотрю, как стаи птиц кружат Бродили мы, у юности в плену, Над древним Каспием могучим, И, планов переполнены орлиных, И голоса детей звенят, Всё грезили мы в сладостном дыму. И сплех их разгоняет тучи, весною глаз не отвести ,Щолина детства! Сказкою волшебной Манишь к себе незримо сквозь года, От дагестанской молодежи, Вовек живи, вовек цвети, Твоих воспоминаний жар целебный Республики оплот надежный!

К дороге жизни возвратит всегда, И сколько бы ни выпало gтраданий Щеревьев стройные ряды Приветствуют махачкалинцев, На долю сердца по дороге той, Сверкают яркие огни Незабываемая та пора мечтаний На улицах моей столицы, Пропискою души живёт с тобой! В среде он чуждой не прижился, Зачах от гор своих вдали. Затем, подумав, к книжной полке Понравилась фиалка эта С уверенностью подошла, Ей первозданною красой, Взяв наугад какой-то томик, она влиянием поэта L[BeToK вложила свой туда, Поступок объяснила.

Его отыщут меж страниц! Туда трофей вложила. А ведь могла б ещё качаться Весь день фиалкой любовалась, В горах суровых на ветру. Подряд рассказывая всем И небу нежно улыбаться, О том, как гордо красовалась И жизни видеть красоту.

Фиалка на крутой скале. Росла б себе фиалка эта И день прошёл. В приволье горной стороны, И утром, вставши по заре, И неумелый стих поата l-]BeToK хозя й ка увидала Коснулся б ею выооты. И вывод гложёт непрестанно, он сник, печально наклонивши Выталкивая мысль одну: Влечёт, лаская, за собой, Оно стучит речитативом, За полётом орла наблюдая, Чаруя трепетной мечтой, всё диву даюсь я, И глубинную жизнь океана, оно от века ежечасно как сон, лицезрею, Звучит в восторженных умах, Видя небо, что так до конца И оставляет беспристрастно не смогли мы постигнуть, Осадок правды на устах.

Я могу лишь молчать, созерцая его неустанно. Оно, как небо, безгранично, Как океана глубина, Шапки снежные гор над Оно светло и органично любимым моим,Щагестаном, Бросает в души семена.

Моря древнего рокот, что сладкие сны навевает, Откликнется струной природа Всё, что вижу вокруг, И слово прозвучит: Политики вовсю пророчат Сюда прильнули взоры разных стран, Нам наступленье мирных дней, Как некогда - к великолепной Трое, Но снова раны кровоточат Несчастной родины.

Какие люди населяют,Щагестан - Мерзавцы, циники, предатели и трусы! Тревоги обручем железным И здесь годами корчатся от ран Мы стиснуты со всех сторон, ,Щостоинство, порядочность, намусы, и восхвалёнием помпезным несётся колокольный звон. Какие люди населяют flагестан". Щругдруга не приемля, носят сан Не знаю, будет чт0 в конце.

Аристократы духа - и плебеи. Победы песни отзвучали - Остались шрамы на душе. Их лик пересекает шрам - Могил отцовских пепелища. Не разожгут уже огня В ночи пустьiнные жилища, огонь невспаханной земли И яркого не будет дня В сердцах людских не затухает, На судеб горьких пепелище. И искра пламени вдали Былую горечь разжигает. Возомнив на земле себя Богом, Мусульманин собрата убьёт, Умирают дагестанские мужчины, Не считаясь с Кораном строгим, Их оплакивают горы и равнины, Невзирая на совести гнёт.

И мотив у того горя один: Уби вают дагестанских мужчин. И взывают женщины горько К помрачневшим вдруг небесам: Но безмолвны небесные глади, Равнодушно взирая вниз, Это раньше в горах убивали Хоть земли дагестанской ради 3а святую правду и честь, Души умерших вознеслись!

Это раньше к Аллаху взывали, Чтобы дал Он право на месть. Ну, а люди внизу продолжают Свой по кругу размеренный бег, А теперь убивают подло, Хоть вокруг в дагестанцев стреляют, 3а наёмника прячась спиной, Человеку хоть друг человек! И наёмник, на деньги голодный, Свой очаг разрушает родной, Люди, люди, высокие звёзды, как назвал вас известный поэт, Только выйдет вперёд дагестанец, Прошагав вековые вёрсты, Только миру откроет мечту, Утеряли вы звёздный свет!

Хиджаб чужеземца - Предмет - World of Warcraft

Эти отблески равнодушья, Что мерцают в холодной ночи, Убивают планету бездушно1Не спастись ей, кричи-не кричи! Поднять готовы землю на дыбы. Спокойствие проездом иногда Появится на страждущей земле, Чтоб вновь умчать на огненном коне. Здесь вовсю правит бал Сатана, И пускай наше время сегодня Сатанинскою лапой наводит В Сатаны кровожадных руках, Он на весь,Щагестан свой курок, Не сломить ему волю народа, Потому что душою уроден, Потому что с народом Аллах!

Потому что бессмертен порок. За стеною, залепленной грязью, ухмыляется в пол Сатана, А снаружи прискорбною вязью Новых жертв всё встают имена. Имена тех героев, что словом Сна-покоя лишив Сатану, появляются снова и снова И уходят за правдой в войну. Войною необъявленной поруган, Застыл в беды преддвёрье он, напуган, Так страшно в,Щагестане стало жить!

Куда девались прежние года, Где ты, время рыцарей Когда в покое мирном и на равных бесстрашных? Он гордо возвышался, как гора, Где ты, время дружбы золотой? В признании своих деяний славных? Где мужчин природа настоящих, Где ты, мудрой женщины покой? Что сделалось с тобою. Когда ты перешёл черту покоя? Нет, увы, уж истинных эмоций, И, мирный вдруг отринув пьедестал, Нет вулкана пламенных страстей, Себя поверг в пучину войн и горя?! Лишь в руинах древних тускло бьётся ,Щжихаду мысли предпочёл войну, Искорка обманутых идей.

Щжихаду слова предпочёл ты взрывы, Совсем не так сражались в старину Идеалов в жизни не осталось, Твои сыны, отважно-горделивы! Тяжелей и глуше поступь лет, И потомкам слабым не досталась Задумайся о мире, flагестан! Та лампада, что дарует свет К чему пугать детей своих войною И в мире слыть враждебною страною? Молю тебя, к покою ты вернись, Стань вновь миролюбиво-безмятежным, Спокойно-мудрым и уютно-нежным, Молю тебя, вновь к миру обрати.

Себе ты самOму, в один из дней Украдкою селенье покидая, все грешны, хоть грех И в равном поединке под луною,! В единоборстве честном победить Соперника - на честь иль И карой пусть послужит для тебя на несчастье Из мест родных всеобщее изгнанье, И хуже нет людского наказанья, Сегодня же, инстинктами полны, Чем тот позор, в какой ты вверг. Мы волчие законы развиваем, И по заказу подло убиваем Закон подобный издавна в веках Соперников невидимой войны,, Народом нашим дружно соблюдался, Когда селом сурово изгонялся Нарушил кто обычаи в горах.

Коль жизнь отнял чужую. В жилище гор под кровлею старинной о зп rlр o? I А рядом с ним покорная подруга, Цепча слова молитвы про себя, Из глубины веков, из старины далёкой Сидит, сложив натруженные руки, Ведёт начало гордая страна, Позволив себе отдых в конце дня, Её величье и её истоки И сидя рядом перед старой саклей, Надёжно горы древние хранят.

Ведут они безмолвный разговор, отмечена Всевышнего любовью, Где память рубит, будто острой саблей, Так благодатна мудрая земля! Мгновенья прошлые Трудом людским пропитана и кровью, из жизни древних гор.

Героев в недрах памяти храня. Парит орёл над древними горами III Ичайка по-над Каспием седым, И скалы высятся могучими рядами Старик припомнил юности забавы, Под небом вековечно голубым, Когда джигиты, припустив коней, Неслись вперегонки II по тропам скальным, счастливы бесшабашностью своей В укрытье скал, И звук зурны и грохот барабана, в прохладе гор былинных Сопровождающий весёлый перепляс, Гнездится старый брошенный аул, Когда в лезгинке от девичьих станов Здесь, с гор переселившись Не отрывали восхищенных глаз!

И новые джигиты подросли, Когда стихали жаркие сраженья И времена успели измениться, И канонады гул вокруг смолкал, Иными люди сделались людьми. То в памяти знакомые виденья Уж недосуг им замечать ущелий Ему являлись вдруг на фоне скал, Тех каменных красоты, где ручьи Веками всё струятся из расселин И старая отцовская папаха, И гордо припадают к ним орлы, И сабля деда на стене в углу, Заброшены отцовские могилы, И коврик стёртый, Травою к ним дорога заросла, в нескольких заплатах, Лишь на ветру качаются уныло И аромат цветов альпийских на лугу, Щветов головки на вершинах скал.

Его лишь различавший одного. Его хранили, точно талисман, ,Щавно ли в люльке сыну песню пела В жестоких и безхqалостньiх сраженьях Про землю-мать, про милый Дагестан?

От гибели и от смертельных ран, Покинул сын родной аул далёкий Когда ж была очищена от скверны И променял на мерседес коня, Фашистской вся могучая страна, В наряде городском он важно ходит, В родной аул вернулся горец верный, На шее цег]ью золотой звеня. Где терпеливо мать его ждала. На родичей своих он смотрит гOрдо, Не все сыны вернулись в ту годину, Их презирая за отсталый быт И опустел аул без тех ребят, И в убежденье пребывая твёрдом, но скалы, словно Памяти могила, Что на земле он креfiче всех стоит!

Навеки имена их сохранят. Его детишки, также городские, Не знают, как прозрачен воздух гор, И ждать недолго, чтоб очагугас. Ведь горы им давно уже чужие, кОсталось нам совсем уже немного,! Пора уж собираться в дальний путь, Язык родной они почти забыли, Отправимся в последнюю дорогу, Им говор чужеземный больше мил, Туда, где суждено навек уснуть!

С горы прохлада в саклю пробралась, Они живут в асфальтовых равнинах, Сидят у старой сакли эти двое, Теснясь в многоэтажности домов, Поют тихонько про родной Кавказ.

Им телефонов звук милей мобильных, Их песня пролетает над горами, Чем лошадиных цоканье подков. Её разносит эхо древних скал, И в суете сует не часто вспомнят, Подхваченной орлиными крылами, Что есть в горах затерянный аул, Ей вторят голубые небеса. Свой долг пред ним лишь И слушая ту песню, замер город, иногда исполнят, И сын узнал родные голоса, Как будто кто-то свечку памяти задул. Увидел силуэт отца на фоне гор он И матери печальные.

I В подножии у старых скал Мне Бог рожденье предписал. С тех самых пор полна тобой, И край не нужен мне иной! Но быть хочу тобой горда Без горечи в душе, всегда, Родная древняя земля, Моя любовь - и боль. Лучами солнца ли играешь, О прошлом память теребит Потоки ль мутные несёшь, Напоминаньем неустанно: Навеки в душу западаешь, Одни - далече, тот - убит, И сердцу радость придаёшь.

А тот - предатель,Щагестана. За мир в тебе на свете. Страна израненных камней, Тебе ущелья стали тесны, Во славу родины. Щавно не те поются песни. Хотя по-прежнему собой Врастаешь в Память неустанно Один - предатель, трус - другой, А третий - совесть flагестана.

Ё ffi Земля кази-кумухская в забвенье Потомками безвестным отдана, и в жизнью завоёванном мгновенье Поругана беспамятством. Как птица, пролетала сквозь года. Встань, легендарный сын Кази-Кумуха, Могли по праву храбрыми сынами Орлиным взором зёмлю огляди, Гордиться горы Лакии моей, Народ, что вдруг утратил силу духа, На чьих вершинах, наравне с орлами, Из глубины веков ты пристыди.

В глаза взгляни бессовеотным подонкам, Вы благородным мужеством, бывало, Приведшим свой народ на край беды Народ свой на врага могли поднять, Коленопреклонённым - к тем обломкам, Владея половиной flагестана, Что сквозь столетий слой едва видны.

«Волкодавы» Берии в Чечне. Против Абвера и абреков

Чью славу не ленились умножать. Поскольку честь была вам дорога, Пробудятся от сна твои потомки, А нынче заросла травой дорога, Кази-Кумуху славу возвратят, Которою идти бы вам вослед, И, рабства многOлетнего обломки И где-то затёрялась честь народа, Порушив, в небо чистое взлетят!

Которого сегодня как бьi. Гул исторических побед иссяк воинственный запал, Мне слышится уж много лет, Народ растерян, духом пал, Я ощущаю предков зов, О предках славных позабыв, Я окунаюсь в Память вновь. В покое мнимом поутих. Мне чудятся следы боёв, Пришли иные времена, На скалах стынущая кровь 3вучат другие имена, отважных, стойких сыновей В развалинах угасших лет несчастной Лакии. Исчез былых героев след.

Я вижу, как замкнулся круг, В туманном отблеске вершин Как знамя выпало из рук Сквозь Память продираюсь к ним, Того, кто войско вёл вперёд, меня влечёт всё тот же зов - Когда настал его черёд. Моих далёких предков кровь. Из крайних выбиваясь сил, В себе я слышу эту кровь,! Но вот и он, пронзён стрелой, Я вижу знамя пред собой, Упал, шатаясь, предо мной, Что выпустил из рук герой, Конечный обратив свой взор Лежит, поверженно, оно, На силуэты милых гор Я славу знамени кричу, Поднять с земли его хочу, но застилает мне глаза тяжёлая моя коса, бЛо7о,иу-ф" Я вижужён и матерей, Невест, сестёр и дочерей, Какой легендоt0 присн илася, В одном ряду они стоят, какой воспета песней ты?

Сквозь Память на меня глядят, Какая сила притаилася За мягкой сенью красоты? За ними горы в тишине Стоят бесстрастно в стороне, твой облик hЛеня они давно влекут женствен н о-вои нствен н ы й И Памятью к себе зовут, в тиши возник сквозь пыль веков И замер хрупко и таинственно Зов предков,, 3ов родной крови, На фоне белых облаков.

Но дух всего мощнее был, Отчизны щит и саблю цепкую Иду к горам я сквозь века, Он в руки девичьи вложил. Вперёд шагнула на врага, и песня о тебе влюблённая В горах осталась на века. Народной t]амятью хранимая, Легендой вечной оживёшь, И словно веточка незримая, В корнях могучих ты взойдёшь!

Не с заднего крыльца, не как лакей. В науках ли, в искусстве иль в оружье Коварство, вероломство и двуличье - Народ всегда мой был на высоте, Народу чуждо это моему, И если в космос полететь нам нужно, Ягнёнка шкура и волка обличье - Окажемся мы там - как и везде. Всё это не про нас, и потому Нас кхитрыми зовут и добавляцry.

О славе он мечтал в горах, ж Чабаня там с отцом и братом, ж ж И грезя в дерзновенных снах О жизни в городе богатом, Со старшим братом на двоих, Как хлеб, мечту свою делили, И от камней своих родных Её как звёздочку укрыли! И вниз спустился он с мечтой, Наивно думая, что примет Его с распахнутой душой И, как отец, его обнимет Красивый город под горой, Огнями издали манящий, Где пахнет сбывшейся мечтой, Где воздух денежно-пьянящий. Зачем спустился вниз ты с гор?

Зачем пришёл в сей город душный, Но город-сноб стеною встал, Свой огненно-Gуровый взор flругим удачи не прощая, 3ря обращая к равнодушным! Хоть клятвы крепче крепких скал Он раздавал, лишь обещая Закон природы не кляня, В горах прекрасно разумеешь, Ижизни основной урок Где лис, где волк, а где - змея, Наш горец в городе постигнет, А в городе уж не сумеешь Распознавая между строк То, от чего потом погибнет. С мечтою ты спустился с гор, 3ачем спустился с гор ты вниз?!

О славе жаждал для народа Ведь там, в горах, намного лучше, Того, что с некоторых пор Прозрачен воздух там и чист, Отодвигают год от года. Как дети, горцы простодушны. Ты к воле горцев призывал, Ты был там свой среди своих, О радужном мечтая счастье, С орлами говорил на равных, И дух народа поднимал, На мир смотрел с вершин святых о личных позабыв ненастьях. Ичтил адаты предков славных. Красивый город у горы, Рукой до неба доставал Раскинувшийся возле моря, Ты на вершинах гор бескрайних Тебе не предвещал беды, И смысл мира познавал Отцу не напророчил горя.

В извилинах ущелий тайных, ffi Художник тонкий и поэт, Ты горы чувствовал душой Ты зря стремился к Правосудью, И, блудный сын, всё возвращался Ведь в мире грешнOм его нет К земле, как к матери родной, И каждый Богу лишь подсуден, И, снова уходя, прощался Ты к очищенью выбрал путь А нынче старый твой отец, И людям свет нести пытался, Что жизнь Аллаху в послушанье С дороги тяжкой не свернуть, Прожил и мирно пас овец, Как трудно б ни было, старался.

У трёх могил сидит в молчанье, Но город в грешности своей И женщины твоей семьи Тебя не пожелал услышать Сменить нё успевают траур, И метко бросил горсть камней Они в беде своей равны На твоеrо жилища крышу. И в мыслях заповедных правы. А горы ждали всё тебя И дети брата твоего, В своём убранстве вековечном, Отца земле предавши тело, Как ждёт детей своих земля Подставили уже плечо Из странствий суетно-беспечных.

Твоим сынам осиротелым, Как мать ребёнка своего Как рано им пришлось познать ffорогой правды направляет Людских страстей венец бездушный, И неустанно ждёт его, Как рано им дано понять Пока он Правду постигает, Людской природы равнодушье! Так терпеливая земля И с отрочества уж борцы, Ждёт сыновей своих мятежных Они стеной гранитной встанут И, правдужизни не кляня, И в точности, как их отцы, Их в лоно принимает нежно.

За Истину душой восстанут! Чей крепкий мужественный стан У горизонта скрылся с виду! Свой миг последний торопил К земле мятежною душою Как Воин Света, он прошёл И, как ребёнок, принят был flорогой Веры справедливой, В себя надёжною землёю!

Но в людях так и не нашёл Ни понимания, ни мира. И пусть свершит свой судАллах Над теми нелюдями властно, Как Саакадзе у грузин, Что, кровью город запятнав, Он путь свой постигал тернистый, Злодейству предаются страстно, Пройдя сквозь ад земной один, Оставив след в сердцах искристый! Аллаха суд необратим И с каждым днём он ближе, ближе, Пусть правосудья не нашёл И Приговор неумолим, На многогрешной он равнине, И Правосудья меч всё ниже В Историю страны вошёл Как жизнью, так и смертью ныне.

Не плачь, душа,о сыне гор, Что вновь к вершинам воротился, К Аллаху обратив свой взор, Он к Правосудью обратился! Меж громадами древних гор Тадорога, что сердцем ведётся II И души услаждает взор, Среди гср ты раскинут раздольно- Та дорога, чт0 вечною песней Охватить бы пером всё суметь!

В сердце каждого лакца звучит Главный город всей Лакии вольной, И как родины символ чудесный Удержаться ль тебя не воспеть? В дни ненастные защитит, Над равнинной землёй возвышаясь, Та дорога, что дух укрепила Разм лся ты в древних горах, Сыновей своей гордой И,к лицом обращаясь, краях, Ты сегодня заселен народом, И, одаренны щедро талантом, Говорящим на всех языках, Сыновья прославляют тебя, Люди пришлые, разные родом в них становишься ты гигантом, Основались в кумухских горах.

Ты был издавна крышею горцев, и началом был всех начал, III Ты приветствовал миротворцев И нападки врагов отражал. Хоть живём в городах! Этот зов в сердце каждого горца Неумолчным биеньем звучит, В кладовых своей памяти рьяно, И в далёкой дали отзовётся, Как сокровище держишь своё и к истокам своим поманит. И величье души Сурхай-хана И победную поступь. И, оставив дела городские, Собирается горец в свой путь, Ты сегодня вполне современен Чтоб земле поклониться родимой И улучшен комфорт твой и быт, И в предтечу свою заглянуть.

Iч но, как веток зелёных побеги Прорастают из мощных корней, Так однажды горы позвали 3наменитые люди планеты сыновей, что в течение лет Из земли происходят твоей! На равнине внизу проживали,! Поманила джигитов к. Адорога, к гOрам приближаясь, Окаэалось, какOй-то старец Вдруг открылась взору сполна: Их в пути приостановил, Круто скалы кругом возвышались, Указующий перст направив словно из монолита стена, К возвышению древних могил, И повеяло вмиг на джигитов К землякам своим обратившись, Чистой свежести ветерком, Речь горячую произнёс, Что из гор, будто дымкой покрытых, И, ни разу с мысли не сбившись, Разносясь, подхватил всё кругом, Её в мудрых словах донёс: Посерьёзнели города люди кНашей древней земли вы дети, И замедлили скорость колёс, Вы потомки героев былых, Осознав, что в текучке буден Вечно будете вы в ответе Позабыли страну своих грёз.

И о чём-то задумавшись сразу, Вы родной язык сберегите, Отвлеклись от всего, что внизу, Он, как мать, поможет всегда, Красоту постигая глазом, 3намя нации гордо несите Не пытаясь смахнуть слезу, Чистоту сохранив языка! Уж не даст им спокойно уснуть. Проиграв, одержали победу А ландшафт загадочный горный Те, кто, землю родную любя, Удивлять их не переставал, flo конца сохранили веру Точно дух шаловливый, вольный В справедливость Судного дня!

Тут горянка внезапно встала, ч Показавшись огромной гостям, Гордо голову вскинув, сказала, В стороне от кумухской дороги, Силу духа придав словам: В покосившемся ветхом дому Повидавшем и пламя и воду, кСурхай-хановы вольные птицы, Повстречали горянку одну. Вы от сна своег0 пробудитесь, vI Ведь поникли энамёна уже, Вы, как прежде, Повернулись люди друг к другу, покрепчё сплотитесь, Справедливость признав Чтоб совсем не пропасть на земле, тех слов, Подтянули коням подпруги, Протяните руки друг другу Раэорвали оковы снов, И плечом к плечу встаньте в ряд, Под конём укрепите подпругу В вечном братстве друг И сплотитесь в единый отряд, другу поклялись, 0щущая единство своё Вы друг друга столкнуть не спешите, Эхом клятва в горах отзывалась, Ведь не время сейчас до драк, Где звучали слова её: Сурхай-хана дух призывая, И, едва успев удивиться, Вновь сплотился великий народ, Той горянки услышав слова,!

Люди в небе увидели птицу, Что звалась Парту-Патима. Та дорога, что предков водила Хоть сегодня вполне современен, Не один раз в кровавый бой, И улучшен комфорт твой и быт, Та дорога, что мощною силой Твоих подвигов ратных виденья Представала, как грозной стеной.

Наш народ навсегда сохранит! Сынов отправив в горный Андалал, ый полководец Лицом клицу с Надиром Сурхай-хан, повстречался, К тебе он с уваженьем обраlлался, рный сын Кази-Кумуха, гордый символ ты и духа, Твой гений полководца уважал.

Лезгин, даргинцев, лакцев и аварцев, Объединённых битвами в горах. Отец твой, славный ,Когда же наступил и твой черед Крым-Шамхал-Герей, Самим народом избран был главою, Отправиться в последнюю дорогу, И мудро правил горною страною, Провёл тебя до самого порога, Его ты стал наследником идей, Оплакивая искренне, народ, Ты наставлений матери своей Надгробная плита твоя гласит, Не позабыл, во власти пребывая, Что свято верил ты в судьбу народа, Свой отчий край любя и уважая, Сражаясь за расцвет и за свободу, И равно приближая всех людей.

Гордясь, что в этом многого достиг. И многими заслугами велик, Над,Щагестаном пролетят века, Ты! В истории ты,Щагестана Немеркнущий оставил слёд. Кази-кумухец знамен итый, Сын знаменитого отца, Свобода эта неустанно потомками не позабытый, В сердцах отчаянных жила, Примером будешь до конца.

И песня вечная народа Средь гор звучала сквозь года. Отца заветы выполняя, Своё ты имя создавал, Та песня из души народа И славу гор приумножая, Хранится в древних 0чагах, Победы вечные ковал. И, полная судьбы иной, Лежит дорога пред. С землёй прощаясь навсегда, 3астыл безмолвно, как скала, Там, впереди, почёт, хвала В душе молитвы повторил, И, царской милости полна, К горам колени преклонил Жизнь на чужбине тебя ждёт - Хоть неожидан тот почёт!

Итвой народ в разлуке той Навек прощается с тобой, Ты четверть века жил войной В тревогу в сердце затаив, ижизни не хотел иной В дорогу сына проводив.

Как вольной птицею летать И волю ту Кавказу дать. Салютом царь тебя встречал, 3аботой царской окружал, Ты четверть века воевал И милость царскую дарил, И кровь за горы проливал, И полон уваженья. И гибли посреди войны Кавказа в9рные Qцны. От гор кавказских ты вдали Увидел мощь чужой и понял, что нап Тот горы защи Когда ж судьбы замкнулся круг, Пред Вечностью ты понял вдруг, Что жизнь для мира нам дана gЛп"и,чп,, и стоит большего она!

Но память о тебе хранит Скала, одетая в гранит, Беззаветно был предан И хоть могила далека, он роосийскоtиу флагу, Ты стал героем на века! Государь-импФратор сам отметил его, Он в боях 0тличался беспримерной отвагой, На дорогах военных не страшась ничег0.

Не забудь, Так, что даже согнулся конь Как долог был к России путь, под ним вороной, К горам кавказским повернись, Но ничуть не бывало, 3емле родимой поклонись! При свете дня, в ночной тиши В аул старинный поспеши, Он сражался бок о бок с молодым ,Щолг памяти отцам отдай, офицером, Своих корней не эабывай!

  • Хиджаб чужеземца
  • Ж. Абуева. ДАГЕСТАН, ЛЮБОВЬ МОЯ И БОЛЬ…

Губернаторским сыном, верным другсм своим, И коль увидишь ты вдали Вместе с кем в ffагвстане ловко Сияние вер[лин в ночи, джигитовались, 3най, что одна из тех вершин, - Поражая отвагой, им присущей двоим, Шамиль, Кавказа гордый сьн! Здесь ничто не мешает буйству африканских запахов и красок, которые в портовых городах Сахеля теряются в душистой пелене бугенвиллей и жасмина.

Здесь чувствуется терпкое, иссушающее дыхание пустыни, видно, как сотни миражей пляшут над солёными озёрами. И затем, уже добравшись до Блед-эль-Джерида, оазиса среди солончаков, путешественник наконец-то оказывается в Африке. Коренными жителями Туниса были берберы, но сегодня их численность настолько мала, что её невозможно подсчитать в процентном отношении.

За долгую историю Туниса - а по мнению историков, она начинается с основания Карфагена в году до н. Во всяком случае, с года н. Сегодня вряд ли кто-нибудь из тунисцев - в отличие от алжирцев или марокканцев - будет настаивать на своём берберском происхождении: Влияние ислама в современной жизни Туниса внешне едва ощутимо: Однако религии придаётся большое значение. Однажды Хабиб Бургиба попытался сорвать своим подданным пост, публично выпив стакан апельсинового сока перед телекамерами в Рамадан.

Это было одно из немногих его действий, которые обидели народ. Многое другое воспринималось очень положительно: Хотя бы за это жительницы Туниса должны благодарить основателя своего государства: Правда, вся эта эмансипация заканчивается у домашнего очага из-за традиционного арабского распределения семейных ролей, но это уже другая история. В тунисской жизни много светлых сторон, но ядро её довольно мрачно.

Экономические успехи страны, просто образцовые среди североафриканских государств, политическая стабильность, безопасность туристов - всё это уже десятки лет достаётся ценой жёстких репрессий и контроля со стороны госаппарата. Тунисцы открыты и общительны - но если речь заходит о правительстве или об исламе и политике, они оглядываются и понижают голос. Террористический акт, совершённый у синагоги в Джербе в году, показал, насколько опасен может быть на самом деле исламизм.

Его территория расчленена несколькими горными цепями. Крумирия отгораживает северное побережье от внутренних областей, защищает его от южных ветров, но в то же время не пропускает на юг приходящие с моря облака и тем самым обеспечивает довольно влажный климат. Здесь и в бассейне реки Маджерда лежат важнейшие аграрные области Туниса. Дорсаль огибает степи Центрального Туниса, местность, где в основном развито скотоводство, а из травы эспарто, родственницы нашего ковыля, делают целлюлозу.

А на самом юге Туниса горы Дахар образуют своего рода пограничную линию между прибрежной равниной и Сахарой. Отдельные языки песчаной пустыни, Большого Восточного Эрга, с юго-западной стороны вторгаются далеко вглубь территории Туниса. Длина береговой линии составляет около км. На севере, у Кораллового берега, чередуются скалистые и песчаные бухты, берег изрезан и разнообразен; на востоке вы найдёте просторные, ровные песчаные пляжи, тянущиеся от Кап Бона до Джербы.

Самая высокая гора - Джебель Шамби ммогучий кряж в степях Центрального Туниса. История Туниса На территории Туниса найдены примитивные орудия труда - доказательство того, что в эпоху неолита здесь жили кочевые охотники и собиратели. Античные историки упоминают о различных берберских племенах, обитавших в Северной Африке. Карфаген и Рим год до н. Финикийцы основывают город Карт-Хадашт Карфаген. Как повествуют легенды, они вместе с царевной Элиссой Дидоной бежали из родного города Тира.

Битва при Химере остужает захватнический пыл Карфагена. С по год до н. В ходе трёх войн пунийцы безуспешно пытаются одолеть Рим.

Карфаген стёрт с лица земли. Восстание землевладельцев Фисдра Эль-Джема против высоких налогов приводит к упадку цветущей колонии. Карфаген отстраивают заново как роскошную столицу римской Проконсульской Африки Africa Proconsularis.

Повсюду в этой провинции возникают римские города; из крупных поместий в Рим поставляют зерно и масло. Вандалы, византийцы и арабы год. Германцы-вандалы завоёвывают и разрушают Карфаген. Византийский полководец Велизарий побеждает вандалов. Окба ибн-Нафи со своим арабским войском покоряет Северную Африку во имя ислама.

В году в руки арабов попадает и византийский Карфаген. С года власть переходит к арабской династии Аббасидов,правителей из Багдада. Наместники Аббасидов, Аглабиды клан берберского происхожденияустанавливают в Тунисе почти автономное правление и завоёвывают Сицилию. Большая мечеть в Кайруане и многие другие сооружения появляются как раз в годы расцвета при Аглабидах. Конец господству Аглабидов кладут шииты-Фатимиды во главе с Убейдаллахом.

Новой столицей становится Махдия. Наместниками назначают выходцев из берберского рода Зиридов, а сами Фатимиды в это время основывают Каир. Зириды выходят из повиновения и за это жестоко наказаны вторжением племён бени-хилаль и бени-сулайн: Наступившая после этого анархия позволяет норманнам и генуэзцам обосноваться на побережье.

С воцарением берберской династии Альмохадов, родом из Марокко, в страну возвращается спокойствие. Хафсидам, ставленникам Альмохадов в Тунисе, удаётся создать независимое государство. Начинается почти трёхсотлетняя эпоха экономического, культурного и научного расцвета.

Тунис при османском господстве год. Корсар Барбаросса при поддержке Турции завоёвывает несколько приморских городов. Спустя сорок лет Тунис становится частью Османской империи. В качестве наместников страной управляют военные и государственные чины деи и беи. Бей Хусейн ибн-Али основывает династию Хусейнитов и правит Тунисом практически независимо от Стамбула.

Развиваются торговые отношения с европейскими странами. Колониальный период год. Французские войска, якобы намереваясь защитить правителей-Хусейнитов от нападений османов, высаживаются в Ла-Гулете. Фактически же французское влияние на тунисских беев постепенно усиливается. В экономическом плане страна вскоре оказывается в полной зависимости от европейских, в первую очередь французских кредиторов. Бардоский договор закрепляет французское господство над Тунисом.

Среди молодой интеллигенции зарождается сопротивление французской оккупации. Бургиба возвращается в Тунис. Французы предоставляют стране автономию во внутренних делах. Независимость 20 марта года. Тунис обретает независимость; президентом становится Хабиб Бургиба, провозгласивший курс на социализм. Большая часть французской собственности национализируется.

Вводится запрет на многобрачие, а женщины уравниваются в правах с мужчинами. Власть Бургибы становится всё более авторитарной, экономика находится в упадке, дело доходит до массовых протестов. В году Бургиба объявляет себя пожизненным президентом страны. Попытки военного переворота терпят неудачу. В Тунисе заявляют о себе радикальные исламисты; теракты в туристических гостиницах. Премьер-министр Зин эль-Абидин Бен Али приказывает врачам Бургибы объявить его недееспособным и берёт власть в свои руки.

Однако забрезжившая было надежда на либерализацию быстро гаснет. Бен Али проводит очень гибкую и успешную экономическую политику, но во внутриполитических делах прибегает к жёстким репрессиям. В результате нападения исламистских террористов на синагогу Ла-Гриба на острове Джерба погибают 19 человек. Едва вы заняли место, тут же, как по мановению волшебной палочки, появляется свежий белый хлеб и несколько чашечек с приправами, возбуждающими аппетит: Аромат острый и экзотический, и на вкус она точно такая же!

Бывает мягкая харисса, а бывает невыносимо острая. Для туристов обычно подают её более щадящий вариант. Настроившись таким образом, можно перейти к выбору напитков - но только осторожно. Для того чтобы утолить жажду и запить остроту, необходимо заказать большую бутылку минеральной воды eau mineraleAin Garci или Safia. Иначе вам грозит быстрое опьянение, так как тунисское вино довольно крепкое: Из белых вин стоит попробовать шипучее Muscat de Kelibia, которое, правда, есть только в действительно хороших ресторанах.

Любителям пива наверняка понравится хмельной напиток марки Celtia, если он будет хорошо охлаждён. Среди закусок верхние позиции в рейтинге популярности занимают брик, мергез, мешуйя и оджа. Мергез merguez - маленькие, остро перчёные колбаски из баранины, которые подают либо поджаренными на гриле, либо в качестве добавки к овощному рагу.

Мешуйя mechouia состоит из варёных помидоров, сладкого перца и яиц, всё это мелко порезано и приправлено анчоусами, оливками и харис-сой - просто объедение! Оджа ojja -это уже почти второе блюдо: Но и в большинстве других ресторанов на побережье тоже хорошо знают своё. Например, тунец, дорада, окунь, моллюски, креветки, омары и крабы-пауки чаще всего подаются обильно приправленные чесноком, петрушкой, каперсами и хариссой. На гарнир бывает рис, картофель или белый хлеб.

Иногда рыбу подают с кускусом. Рыбный кускус - это всего лишь один очень вкусный вариант кускуса couscousстандартного блюда всех североафриканцев. Соусом из мяса и овощей или рыбы и овощей поливают дымящийся слой свежесваренной на пару манной каши. Традиционно тунисцы едят кускус руками и при этом делают из соуса и манки маленькие шарики, которые кладут в рот правой рукой ни в коем случае не левой - это табу!

Поскольку все едят с одного большого блюда, хозяин заботится о том, чтобы каждому досталось вдоволь мяса баранины, говядины, куры или рыбы и поочерёдно подкладывает что-нибудь то одному, то другому. Самое обычное блюдо, которое зачастую продаётся на автобусных стоянках, - это брошеты brochettesмясные шашлычки, чаще всего из баранины. Нередко хозяева закусочных жарят их прямо у обочины дороги.

Чтобы было видно, что мясо действительно свежее, рядом со стойкой вывешивается окровавленная шкура или голова животного. Облагороженный вариант брошетов подают в хороших ресторанах: Часто встречается и кефта keftaтефтели из бараньего фарша, плавающие в томатно-хариссовом соусе.

Турецкий кебаб тоже завоевал тунисские рестораны быстрого питания. После такого количества калорийных бомб неплохо будет для лучшего пищеварения выпить стакан мятного чая the a la menthe. Он состоит из зелёного чая, который доводят до кипения несколько раз с добавлением большого количества сахара и листьев свежей мяты, разливают по стаканам и снова выливают обратно в чайник.

На самом деле такую чайную церемонию можно увидеть редко; чаще всего едва закипающий напиток разливают по стаканам и подают к столу.

Он действительно успокаивает желудок, так что теперь можно побаловать себя баклавой baklaoua или финиками с марципановой начинкой. И, наконец, трапеза совсем не по-мусульмански заканчивается стаканом инжирной водки под названием буха boukha.

Вообще-то любая трапеза в Тунисе - это определённый риск, особенно если есть нечищеные фрукты, салаты из сырых овощей или кубики льда в общественном месте. Нередко случаются расстройства желудка после питья водопроводной воды, после холодных напитков, жирной или острой пищи. Но, принимая меры предосторожности вкупе со стаканчиком бухиможно таких неприятностей избежать. Окружающая среда и туризм Что касается окружающей среды, то Тунис - образцовая страна.

Возможно, дело в том, что ещё Бургиба осознал простую истину: Сточные воды гостиниц подвергаются очистке, меры по озеленению поддерживаются широкой общественной пропагандой, а школьники целыми классами выезжают на посадку леса. Пустынная лисичка фенек в виде персонажа из комиксов представляет идеи защиты окружающей среды на афишных тумбах и плакатах. С другой стороны, в таких неустойчивых регионах, как оазисы Сахары, из-за туристических гостиниц происходит истощение водных ресурсов.

Политика До последнего времени Тунис оставался островком политического спокойствия в довольно нестабильном регионе Северной Африки. Тем удивительнее оказались события конца года: В стране, где очень высок средний уровень образования и много молодёжи, ищущей приложения своим силам, в последнее время заметно выросла безработица и коррупция.

Устойчивый экономический рост, которого удавалось достичь при Бургибе и в первые годы правления Бен Али, сменился застоем. Оппозиция оказалась расколота и при действующем избирательном праве не имела шансов получить представительство в парламенте. Это привело к росту недовольства в широких слоях населения, и достаточно было одного инцидента гибели торговца после конфликта с властямичтобы акции протеста и вооружённые столкновения с полицией охватили всю страну.

Менее через месяц после начала событий, которые уже успели назвать Второй жасминовой революцией, Бен Али бежал из страны, успев отправить правительство в отставку и пообещать досрочные выборы. Было сформировано Правительство народного единства. Сейчас обстановка в стране стабилизировалась настолько, чтобы Тунис снова начал принимать туристов на свои курорты. Страна заинтересована в восстановлении туристической отрасли, сильно пострадавшей во время волнений, и гарантирует безопасность тем, кто решится воспользоваться её гостеприимством.

Ислам был основан торговцем Мухаммедом в арабской Мекке и молниеносно завоевал не только Аравийский полуостров, но и Ближний Восток, часть Азии и Северную Африку. Слово Божие было передано пророку Мухаммеду архангелом Гавриилом в сурах.

Они призиают единого Бога и его пророка Мухаммеда и выражают это, произнося шахаду, свидетельство веры. Каждый день они совершают пятикратную молитву салятобратившись лицом в сторону Мекки, которая, если смотреть из Туниса, лежит на юго-востоке.

Они подают милостыню закятсоблюдают пост в Рамадан саум и по возможности хотя бы раз в жизни предпринимают паломничество в Мекку хадж. Коран разрешает мусульманам иметь до четырёх жён. В Тунисе многоженство в принципе запрещено. Конституцией Туниса были упразднены и другие законы, предписанные исламским семейным правом, например, при притязании на наследство или при разводе.

Женщинам, впрочем, не возбраняется носить хиджаб. Информация для туристов Тунисское национальное представительство по туризму: Климат и туристический сезон Тунис можно условно разделить на три климатические зоны: В Табарке, самом курортном месте на Коралловом берегу, сезон длится с июня по конец сентября, но и в этот период надо быть готовым к дождям.

Невыносимая, изнурительная жара может установиться в летние месяцы в глубине материка, в степях Центрального Туниса, тогда как в прибрежные города Сусс и Махдию морские ветры приносят прохладу. Южную границу этой климатической зоны образуют Джерба и Зарзис. Хотя оба они рекламируются и как места зимнего отдыха, не стоит рассчитывать на то, что с декабря по апрель здесь можно будет спокойно купаться: Зима и весна - лучшее время для путешествия на сахарский юг Туниса.

Пустынный климат - это чистый экстрим: Ночью жара спадает, но ненамного, и воздух очень сухой. В это время, если вы хотите попутешествовать в пустыне, стоит запастись зимней одеждой. Приверженцы пешего или культурного туризма найдут самые лучшие погодные условия для знакомства с достопримечательностями во всём Тунисе в весенние и осенние месяцы.

А весной ещё и пейзажи будут самые замечательные, потому что поля, луга и даже однообразные степи покрываются удивительно яркими цветущими коврами. Одежда и необходимые вещи Если вы рассчитываете в Тунисе только на пляжный отдых, то достаточно будет купальных принадлежностей и лёгкой хлопчатобумажной одежды.